22 июня 2020 года, я впервые приступил к работе в АО «Кимрская фабрика имени Горького», на должности оператор термоскрепляющего оборудования 5го разряда.
9 июля 2020 года, мне предложили уволиться по собственному желанию. После отказа, при помощи физической силы, я был удалён из-за рабочего места. А затем, местный прокурор сломался под давлением ложно сфабрикованного договора.
Из свидетелей, никто не отозвался. Их всё устраивает. Ну и, как говорится, в добрый путь.
Теперь немного о том, как вся эта история закончилась.
Посвящается.
Весь цикл текстов посвящаю тем, кто поддержал меня или поддержит после. Я за всю жизнь не видел столько добрых взглядов, как за эти дни. И пусть администрация в кошмарах выжимает простынь, мы только начали, всё только впереди.
Согласен, круто, если б я вернулся. Но похорон-то не было, выходит, я живой. Какая разница как далеко ракеты улетают в космос, ведь каждый космонавт, однажды прилетит домой.
Оплата.
У каждого своя валюта. Кто овощами, кто лицом торгует. Денег директор пожалел, не страшно, заплатил лицом обслуги. На чеке репутация всей фабрики, когда решили вместо денег — честью оплатить. А почему бы нет? Капитализм и это принимаем.
Трудовая книжка.
— Здравствуйте, я за документами с расчётом.
— А? Кто? Ого-го! Светлан Генадьевна, у нас тут знаменитость! За документами пришёл, идите-ка сюда!
И кабинет, поспешно начал заполняться теми, кто был рядом из числа админ персонала. Сначала из двери отдела кадров плавно вывалилось тело с дьявольской улыбкой:
— Пришёл к хабалкам?
— Что?
— Ну как ты пишешь, же про женщин из отдела кадров?
— А где тут женщины? Тут женщин нет. Сотрудницы отдела кадров и не больше.
Потом влетает озорной юрист, довольный до ушей. За ним — охранник, со словами: «Ну, я тут на всякий случай…. Просто зашёл проверить, точно ли всё хорошо.»
Цирк чуть притих. Хабалки разделились. Одна стоит у косяка и подпирает дверь, вторая нервно шарится по полкам кабинета. Все четверо молчат. Смотрят, сидят и ждут.
Та что помельче, наконец, нашла всю пачку документов. Приносит. Снова ждут. Ну ладно, видимо решили, что я компанейский парень, вот и собрались дружно, рядом посидеть. Приятно, почему бы нет?
Читаю документ. А маленькая нервная хабалочка, знай всё своё — торопит:
— Это тут про то что выдали вам трудовую. Там хорошо всё.
— Ну хорошо и хорошо, сейчас удостоверюсь — сразу подпишу. А это что такое?
Хлопок! Все вздрогнули. На письменном столе взорвался жёлтый шарик. Но он лишь следствие, причина в том, что, кажется у тётки свистанула фляжка. Кукуха напугалась и долой с гнезда. А без кукухи, нервная хабалка не придумала ни капельки умнее, чем со всего размаху ручкой ткнуть в невинный жёлтый шар.
Лежал спокойно на столе и никого не трогал. А баба наглая забрала его жизнь.
Все дёрнулись. Все поняли, что тётка не в порядке. Ни кто с админочки, ни слова не сказал. Я же спросил, зачем вы собственность, мол, портите мою? Та срочно, чуть ли не в конвульсиях искала оправдания:
— А где здесь собственность?
— Как где? Была вот тут, где был мой жёлтый шар. Зачем имущество испортили?
— Это не собственность…. Это бесячее! Оно лишь только бесит!
— Ну может вас и бесит, мне же — хорошо. Зачем испортили?
— Ам…Эммм..
Ну ладно, думаю, она такими темпами слюной подавится в конец. Читаю дальше документы. А нервная стоит и мелет постоянно чушь. Я встал и вышел со словами:
— Ладно. Я передумал. Перешлёте почтой.
По кабинету прокатился общий звук слюны. Хабалка сразу же запела оправдания коллегам: коллеги, извините, мол, не удержалась, просто не смогла — проткнула этот шар. Те улыбались добротой шакала, головой кивали, махали шевелюрой, типа всё «пучком». А я за дверью вспомнил, в рюкзаке-то есть ещё один такой же шарик. Надул, вернулся:
— Здравствуйте. Я передумал.
И всё опять по-новой. Из кабинета вывалилось тело в дверь вбежал юрист, за ним охранник. Сидим, все вместе — ждём финала. Я подписал. Ушёл. Забыл забрать расчёт. Уже у двери был, когда юрист напомнил о деньгах юрист.
Забавно это он такой заботливый или всего лишь испугался, что ещё приду? Уж вряд ли первое, ведь он орал тогда со всем энтузиазмом, когда выталкивали чоповцы меня из-за станка.
Дальше всё в том же духе: хабалки снова попытались оправдаться. Попробовали снова запихнуть в меня, лелея, комплексы вины. Как будто, всё из-за меня. Как будто, сам себя уволил. Как будто в конуре начальника по цеху, сам себе пытался угрожать.
А как мной будешь управлять, когда я не виновен? Никак. Вот и пихают, тужатся, как будто в роддомах. Снаружи цирк в их головах, ну а на деле, там, скорее, дурка.
Рабочим.
На нас не наплевать, нас просто ненавидят.
На вас не наплевать, вас так же ненавидят. Можно закрыть рукой глаза, как будто всё путём. На деле — нет. Все против нас, все против вас. Всё точно, я проверил. Против и суд, и прокурор и даже ваша мать.
Не верите? Проверьте. Вам мать затянет, мол иди работай, мол всё нормально, мол так все живут. В этот момент не вспомнит даже, что сама же в детстве говорила: «А если все вдруг с крыши прыграть будут? Тоже побежишь?». Забыла? Нет. Она всё помнит. Но кто сказал, что с вами у неё, единый интерес?
Я так не говорил. Не говорил и паспорт. Закон сказал? Так ты пойди проверь. А вдруг ты для неё всю жизнь — обслуга, лишний кошелёк? Тебе же по закону тоже обещают повышение реальной заработной платы. А его нет. А у тебя ТК. И всё нормально, в мире сумасшедших.
Мамаша, как и Жоховцы, рабочих очень любят. Но только которых после обдерут. И судьи улыбаются и машут прокуроры. Если с таких как мы, можно хоть клок сорвать.
А мы же слабые. Ну, если объективно. Терпилы, проще говоря. Я повангую — дальше так и будет. Я потерплю. Ты тоже рядышком потерпишь. Мы не организуемся, не позвоним своим. Мы просто в кухне, как обычно, пачку сигарет докурим.
А может быть иначе? Да, конечно, может. У авиадиспетчеров зарплата в месяц 200 000 рублей. Примерно. Они смогли, терпеть не захотели. А мы потерпим, даже в тот момент, когда в лицо харкнут. Напишем комментарий, кулачонком пригрозим экрану. И дальше как обычно: вот моя работа, вот родной хомут.
Суд.
— Вот документы, ваши забирайте.
Сказала тётя в здании суда. Пусть хамовато, что возьмёшь со сломленных людей? Взял документы, проверяю, говорю:
— Сейчас, я гляну, всё ли тут на месте.
— Подписывайте.
— Ну, сначала, я проверю. У вас тут как написано, подпись есть подтверждение что я уже всё получил.
— А у меня нет на это времени. Вы думаете вы у нас один?
Не тётя. Я ошибся. Тётка. Забитая, хабалка номер три. Хочет поговорить? Поговорим. Спокойно отвечаю:
— Нет времени на что? Нет времени, чтоб исполнять свою работу?
Заглохла. Всё. Стоит молчит. Это момент её работы: выдавать и ждать когда проверят. Не нравится? Уволься. Нет? Тогда будешь стоять и ждать.
Я не добрался в этот раз к суду. Каких-то документов не хватило. Я даже не стал вникать. Глянул разок и нифига не понял. Написано что «устранить», но непонятно «что».
Согласен, так уж вышло не поймал рыбёшку. Но знаю точно, здесь — отличный клёв! Всё что сегодня не поймал, с лихвой поймаем завтра. А как иначе? Рыба тут точно есть!
Эпилог.
Стоп. Погоди. Пожалуйста, time out. А кто сказал, что не вернусь? Кто вам сказал, что я — не будущий руководитель? Кто обманул, что умер? Я пока могилу не видал. Не тороплюсь туда. Ещё осталось, ну почти что три четвёртых жизни. И думаете не вернусь? За все шестьдесят лет?
Вот это да. Верните всю лапшу мошенникам на уши. Я слышал люди и быстрее занимают важные посты…..
А кабинетный лай, оставьте в кабинетах. Хабалкам помашите в мысленный чулан. Они сознанием как жили в коммуналке, так там жизнь закончат. Я лишь немного их в подвал общаги отнесу.
Пусть взаперти, пусть в одиночестве сидят, кусаются друг с другом. Я думаю, что лучше даже, этих граждан запереть. А так и будет. Начал я, а подопрут другие. Хабалочки уже теряют из приятелей, одним за одного.
Сидят в подвале. Что им светит? Только жёлтый шарик. С востока начал и на запад убежал. Не дотянуться. Не прогрызть, не лопнуть.
Я ему имя дал. Зовут его — Весёлый Роджер. И дети тянутся к нему, как будто мы свои. У тех детей — родители, что носят их на ручках. Дом есть, покушать есть, но тянутся к шару. Из рук родителей и говорят: «Моё!». А может это ваши дети? Просто им вдруг дороже стала правда, чем какой-то хлеб.
ЦРБ.
Нельзя пройти, пройти не усмехнувшись. Живов Е. А. за 30 000 в месяц осмеёт закон. А рядом, через площадь Живов А. В. вас примет если есть недуг. Вот интересно, сильно ли они похожи? Неужто оба давят одно дно? Или наоборот. Пока не ясно. Но на деле интересно.
Несправедливо, надругательство, почти что преступление, не засмеяться при упоминании знакомых циркачей. Не по закону, перед честью человека — преступление, не усмехнуться когда вспомнишь психа, что себя здоровым мнит.
Вот так и я. Живов? Смешно. Хасанова — забавно. А Жохов, дядя, так вообще ходячий анекдот! Всё что не делают — всё у них криво, косо. Словами в космос, а рукой в помойную дыру. Они похоже, за здоровье курят, за трезвость — синьку пьют, за жизнь — топят щенков.
В разведку с этими? Бросай, я ними даже откажусь за кустик. Ну нафиг. Это же не люди — антиталисман.
Кто вам сказал, что не вернусь? Кто вам сказал, что я, не будущий руководитель? Кто вам сказал, что у нас всех склероз? Кто вам сказал, что вас судить не будут? Кто вам сказал, что кары, вам удасться избежать? Кто вам сказал, что я за некоторыми позже не приду? Кто вам сказал, что это всё? Кто в м сказал, что дело в шляпе? По-моему, всё только началось….
Титры.
Напоследок, хочу поделиться прорывной информацией. В России запустили приложение «Работа для студентов в Москве». Это приложение позволяет получать постоянный рост заработной платы даже в условиях инфляции. Я думаю, это не просто прорыв даже, а целая революция в экономике.