В этой записи, я предлагаю поговорить про запреты иностранных интернет-сервисов. И о том, как оказалось, что попытка закрыть ещё и Телеграм, открыла не только Телеграм для меня, но и всё остальное. О том, как попытка передавить, передавила сами законы, которыми давили. Трудно? Согласен. Но я постараюсь дальше — попроще говорить.
Передавили. И вот я в ЗапретГрамме. Да. Передавили. Именно так. Бывает же такое? И, видимо, сейчас именно этот случай. Передавили. Как бы это смешно и противоречиво не звучало, но запрет… ой, говорю «запрет», замедление Телеграм — открыло для меня Ютуб, Запретграмм и всё остальное. Включая и сам Телеграм.
Именно что — передавили. Как на паровом котле. Когда жмут крышкой, сжимая область газа, пытаясь сделать так, чтобы уменьшить внутренний объём и увеличить внешний. Но при определённых условиях, на критической точке, котёл взрывается. И тот пар, который так хотелось держать подальше от внешнего мира — вырывается в атмосферу.
Обратный эффект. Хотели сжать, а получилось что наоборот — расширили на максимум. Так же и тут, как я вижу. Буржуазные власти, хотели закрыть для меня интернет. И до определённой поры это даже получалось. Не было у меня ВПН-ов, да и ставить их я не хотел. Не было поэтому ни Ютуба, ни остального. Но замедлили Телеграм.
Замедлили Телеграм. И у меня не осталось выбора. Для меня, синий самолётик даже сейчас — очень важен. Не сам он. Люди, которые там. Рабочий класс. Свои. И нам замедлили связь, начали скручивать провода и создавать помехи. И мне пришлось искать способы, изучать технологии обхода замедлений.
Мне пришлось поставить ВПН. И вот когда я его поставил, то вспомнил и про Ютуб. И про Запретграмм. Про то, что мне в принципе-то раньше было не очень нужно. Ну. типа: «Ладно. Как скажете. Потерплю. Не ставить же мне ВПН, в самом деле-то ради них.» А ради Телеграмма, точнее людей с которыми я там сейчас могу быть на связи — я готов поставить. Вот и всё. Передавили.
Хотели закрыть для меня ещё и Телеграм, а получилось, что открыли вообще всё. Такое бывает. Это жизнь. Это реальность. И депутатские законы, как я вижу, как раз столкнулись с этой реальностью. Когда на определённом этапе — происходит скачок и результат оказывается совершенно противополжным. Хотели закрыть ещё и Телеграм, но открыли даже ЗапретГрам, который раньше для меня был закрыт.
А тут, в этом ЗапретГрамме, как я вижу чуть ли не повсюду запреты: рекламу нельзя, переводить средства на счёт платформы, вообще — уголовка. Атмосфера очень напряжённая. Страшно? Да, мне страшно. Страшно как и всем. Кто знает как они будут судить? Сегодня так, а завтра — по-другому. И поди им докажи, поди объясни.
И это же всё расчитано на рабочих. Точнее против них. Для нас штрафы. Для богачей-буржуев эти штрафы не значат ровным счётом ничего. У них этих денег — завались. И завтра им ещё принесут. И завтра они ещё отберут у рабочих. А у нас денег лишних нет. У нас даже нужные деньги отчуждают. Пока отчуждают, господа буржуи.
И мне тоже страшно влететь на штарф или арест. Но я не хочу прятаться. Уверен, что и меня однажды будет, как у них говорится «в ходе мониторринга» изучать господин полицейский. Ну, ладно. Я не планирую ничего плохого. Да и законы стараюсь соблюдать. Чтобы не дразнить судьбу.
Знаю, что буржуазные законы написаны в том числе и против меня. Но прятаться не хочу. Как говорится, уж если хорошие люди легли, то лучше лечь со всеми. Я не планировал и не планирую тут светить своей рожей. Нечем там любоваться. Но в этой записи, специально размещаю своё фото. Это, в том числе, мой подарок господам в погонах. Чтобы не утруждались поисками в случае чего.
Я не прячусь. И меня, честно говоря, сильно веселят люди, которые говорят: «Я знаю как ты выглядишь.» или «Знаю как тебя зовут.» Ещё бы ты не знал! Когда я это и не скрывал вообще! Великое достижение — найти то, что от тебя даже не прячут! Ну ты и сыщик! Требуй повышение от начальства.
И как я вижу, у нас так вся страна. Точнее весь рабочий класс. Вы лица свои не прятали. Они здесь у миллионов уже сохранены. Ну, и моё значит будет. Ну, типа мы вместе. Да и, как мне сказали, это полезно. Хотя бы несколько фотографий своего лица иметь в профиле ЗапретГрамма. Чтобы в случае блокировки или подозрений — можно было восстановить свою учётку по документам.
А так, я знаю, что я и моя рожа — нафиг тут никому и не нужны. Нечего там смотреть. Я не красавец и не претендую. Поэтому, я планирую свою морду — закрашивать в дальнейшем.
Я постараюсь, чтобы люди запомнили мои поступки, а не мою внешность. Пусть не помнят моё лицо и моё тело, но я попытаюсь сделать так, чтобы запомнили мои дела. А дела, как мне говорили, помнят лишь хорошие. Плохие нафиг никому не интересны.
А моё лицо, думаю нужно только МВД. И то, не по собственному желанию сотрудника, а по долгу службы. Ну, ничего страшного. Я помогу. Меня зовут НЕ СТАЛИН. Гражданское имя: Савелий Владимирович Макаров. Севастополец в первом поколении. Здравствуйте.
Казалось бы, сегодня меня не должно быть тут. Ну, вроде, так было задумано буржуазными властями. Да, теми самыми, которые навесили ограничений в Запретграмме, но сами отсюда не ушли, как я вижу. Они тут. Фотографии свои публикуют. Лицами сияют. Им важнее казаться, походу.
Хотя сами буржуйские представители говорят, как я слышал, что тут они «доводят смыслы». Смыслы? Забавно. Наверное первый смысл, который они хотят довести, так это то, что не надо было никуда уходить из Запретграмма. Ну раз они сами тут остались. А я ушёл. Ещё тогда, в 2022 году. Удалился.
Нет, власти тут не причём. Дело в том, что я очень внушаемый. И сильно послушный. На меня многие люди могут влиять, многие могут мной управлять. А той весной, я удалился вместе с моим приятелем.
Мне позвонил тогда Миша Романенко. Или я позвонил ему, уже не помню. И разговор у нас зашёл про Запретграмм. Он говорит:
— Ты чё там? Из Запретграмма удалился уже?
— Нет. А что? А ты что, удалился?
— Конечно!
— Фига ты! А зачем!
— А нафиг он мне нужен? Там одни террористы. И ты давай удаляйся!
Я удалился. Ну, забавно же. Ну, чисто за компанию, с хорошими людьми. С хорошими ребятами, вместе всё легко и интересно. Я тогда взвесил в голове, что у меня есть из Запретграмма? И по итогу, увидел, что в принципе-то ничего особо и не теряю, если удалюсь.
Несколько, может, десятков текстовых записей уйдут в корзину и возможности знакомиться с девчонками. А с другой стороны была история о том, как мы с приятелем вместе удалились из запрещённой сети. История для меня оказалась дороже. И я удалился. До 2026го года.
Теперь я снова здесь. Зачем? Да цели, честно говоря, всё те же: знакомиться с девчонками и бороться за улучшение жизни рабочего класса. А? Да, всё верно — чтобы знакомиться. А зачем ещё Запретграмм нужен? Я не знаю другого его смысла. Ну, если по-честному. Я думаю у всех так. И думаю, что именно для этого как раз и присылают сюда свои фото или видео.
А остальное — лишь нагрузка. Просто шум, вокруг огромного интернет-альбома людей большого сайта знакомсты. Ну, может ошибаюсь, да. А так, цели всё те же, как и в 2022-ом году. Когда я удалился.
Да, я потерялся для ЗапретГрамма, но оставался в Телеграм. Если кому интересно, то мои тексты все сохранены в канале НЕ СТАЛИН. Это не реклама. Просто информация. Есть канал. Там мои записи. Если кому пофиг, то даже не смотрите. А если кому интересно, то можете найти. Просто информация обо мне: есть такой канал. Ну, есть и есть.
А то сейчас, тут строго всё очень. Жизнь «по-режиму» для рабочих наступила. Для депутатов, пока ещё — нет. Они неподсудные. Для Дмитрия Анатольевича тоже.
Ему ничего не будет, даже если после его слов «в сторону России направятся две подводные лодки» (как написал президент США). Ничего им не будет. Ни Медведеву, ни депутатам, ни олигархам. Это не для них запреты. А для нас. Для рабочих.
Хотя, тут тоже унывать я думаю, не правильно. И депутатам обратка уже начала прилетать. Хоть они и неподсудные. Вон, этот Свинцов. Он поплатился за свои слова. За то что любил публично «позапрещать». Много радовался про запрет интернет-сервисов. Его исключили из ЛДПР. И насколько я знаю, он своё депутатское кресло уже потеряет.
Да, на следующем созыве Свинцова, как я понял — уже не будет. А это значит что он уже расстанется и с «депутатской неприкосновенностью», и с государственным жильём (квартира, у Жириновского была трёшка, насколько я помню. А мандат Свинцов получил, как раз тот, который был у Владимира Вольфовича, насколько я знаю.).
И вдобавок ко всему, ещё наш Свинцов потерял и жалование. А жалование у него было не как у нас. Сотни тысяч в месяц, насколько мне известно. И это в мирное время.
В 2015ом году, Жириновский в месяц получал жалование 415 тыс. рублей, как я смотрел. И раньше эти сведения публиковали. А сейчас даже не публикуют, в период СВО. Значит я имею право — догадываться о любых суммах.
Полагаю, что там поэтому не публикуют, чтобы не раздражать лишний раз. Потому что если денег нет, то наоборот бы показывали, типа «вон как мы за вас тут мучаемся, недоедаем».
И я думаю, Свинцов потерял теперь миллион или больше, ежемесячного жалования. Это я считаю — хорошо. Это победа для рабочих. Хоть и малюсенькая. Им тоже прилетело. Запрещателям этим. Свинцов красуется тут. Насколько мне известно, он и не покидал даже Запретграмм. Но я не против. Ладно. Его право, его дело. Мне бы за свои дела ответить.
Но, благодаря Свинцову в том числе — я удалился из Запретграмма. Помогло это нам? Запрет этот? Не знаю. Может и к лучшему это было. Что я вас не беспокоил своей мордой. Но если бы не замедление Телеграм, то, полагаю, меня бы и сейчас не было в ЗапретГрамме. Но передавили. И радует что депутат Свинцов тоже, попал под этот каток. Ближе к народу, как говорится.
Он стал известен. Депутат этот. Но я бы не хотел себе такой известности. Его знают в лицо. А толку-то? Я не хочу так. Я лучше постараюсь, чтобы люди запомнили мои дела, а не мою внешность. А делами запомниться трудно. Потому что, как меня учили — запоминают лишь хорошие дела. А плохие стараются поскорее забыть.
И в конце, я хочу сказать о том, что всё будет хорошо. Рабочий класс победит. Слава рабочим людям! Всё будет хорошо. И эти запреты, ещё аукнутся буружям. Уже даже депутатам некоторым они аукнулись. Ну, мы как раз поговорили об одном из них. А мы догоним, обгоним и вперёд пойдём.
И как я вижу, эти запреты ещё могут даже нам обернуться ещё и на пользу. Собственно, я со своей стороны постараюсь чтобы так оно и получилось.
Постараюсь, чтобы даже запреты — были на благо рабочим. А плохие законы не имеют никакого смысла, насколько я знаю. Нечего тут даже беспокоиться. Я зря беспокоился. Плохие законы ничего не меняют. Даже больше.
Они ещё могут и ударить по тем кто их принёс. И подтверждение этому то, что я вот в ЗапретГрамме. А депутат Свинцов — исключён из партии и лишён партбилета.
Мы не только дети воинов-победителей, мы ещё и потомки революционеров. Тех, кто победил уже капиталистов, сделал социалистическую революцию и создал уже однажды государство трудящихся.
Мне страшно, да. Но, уверен, что страшно не только рабочим. Буржуи тоже боятся. Даже депутаты боятся. Уверен, что и полицейские понимают, что власть капиталистов тоже не вечная. Случай со Свинцовым ярко показал, что даже непосудные могут потерять фундамент под ногами. Чего уж говорить о погонах?
Полиция, это не милиция. Милиция, это вооружённый народ. А полицейский, это орган подавления правящего класса. Правит в России буружазия. Капиталисты. Полиция — не народ, а орган подавления народа. Страшно мне? Страшно. Но уверен, что страшно и им.
Не, не меня они боятся. На меня им наплевать. Они боятся — вас. Трудящихся. Рабочего класса. Все боятся. Депутаты, полицейские, судьи, все, включая президента. Без трудящихся не будет пули солдатской винтовке, не будет лобстеров на столе буржуя. Не будет ничего. Если встанут заводы и фабрики. Поэтому им страшно. И они готовы даже снимать «неподсудных» и отменять «решения судей».
Мне страшно. Да. Страшно. Боюсь буржуев. Но ещё больше боюсь подвести рабочих. Рабочий класс, это те, кто меня дождётся из любой тюрьмы. Любимая не дождётся, дети не дождутся, мать не дождётся. Рабочий класс дождётся. История и рабочий класс меня оправдает, даже если буржуи осудят. И я боюсь буржуев, но ещё больше боюсь подвести рабочих.
Слава рабочему классу! Спасибо всем рабочим! Благодарю за внимание. Ваш севастополец в первом поколении. НЕ СТАЛИН. Город Севастополь.