Продолжение первой части (https://iamnotstalin.ru/buket-cvetov-i-nashatyr/). Долго тянуть не будем. Просто — продолжаем.
Чувство. Я за ним приходил. И я его получил. Спасибо большое ей. Да, уходя, я отметил, что можно бы и лучше было всё сделать. Начать хотя бы с того, что сам я чувствовал себя достаточно нервно. Может, где-то стоило чуть замедлить речь, чтобы меня получше расслышали. Может где-то стоило не торопить слова, чтобы дать времени подумать… Много всякого, что можно бы улучшить. Но уже — с другой.
Почему с другой? Чтобы не надоедать. Не за*бывать, так сказать. Я на всякий случай стараюсь придерживаться правила «не мешать». Один раз подошёл и всё. Второй уже лишний. Дальше только если она сама с таким обратится. Я своё дело сделал. Я ответ услышал. А иначе, боюсь, что можно влипнуть на «домогательство» или ещё какую-нибудь чушь. Законы у нас иногда весёлые очень. Поэтому — к другой.
Улучшать с другой. А после этой другой — со следующей. И так бесконечно. Улучшать. Чувствуешь, да? Улучшение идёт с разными. По чуть-чуть. Да, это я про любовь, которая сменила форму. Раньше было помногу от одной, теперь помалу, но от многих. Сейчас такая любовь.
Любовь при капитализме — это массовая любовь. Понемногу от большой массы. Как с товаром. Сейчас же массовое рыночное производство товаров. Вот так экономика проникла даже в отношения и в корне поменяла их.
Раньше, ну, условно при феодализме ещё, любовь была помногу от малого числа. Сейчас, при капитализме любовь — помалу, от многих. Это зовётся экстенсивная (англ. extensive — разряженный/ распределённый) любовь. В противовес интенсивной (англ. intensive — напряжённый) . Интенсивная — помногу от малого числа, а экстенсивная — помалу от многих.
Так же как вода, мы говорили, помнишь? Литр воды в бутылке — это вода в интенсивной форме. Тот же литр той же воды разлитый на 10 стаканов по 100 грамм — это та же вода, но в экстенсивной форме. И там и там — литр. И там и там — вода. Разная лишь форма. В бутылке проще хранить и переносить, а в стаканах удобнее пить.
Но, как я вижу, эти формы любви — одновременны. Они не изолированны. Поэтому замужние женщины, выходят на публику в коротких юбках или облигающих платьях и красят губы. И всё остальное. Чтобы получать мужское внимание. От многих. Но по чуть-чуть. Одного взгляда ей достаточно. Главное от многих. А муж? А муж есть. Муж не мешает.
А он и не сможет помешать. Она его попросту не послушает. Да и у мужей, некоторых, бывают искорки и улыбки к другим красоткам. Это и есть любовь. Две формы в одной одновременно. Но вторую не видно. Её запрещено видеть. И её не умеют измерять. Поэтому её почти ни для кого не существует. Да, я про экстенсивную форму.
Её не может измерить Росстат. Нет таких методичек. Как измерить чувство? В каких единицах? Экстенсивная любовь — непознанна и неизмерима на данный момент, как я вижу. А интенсивная — очень даже. Вступление в брак — измеримо. Столько-то людей, в такой-то период времени. Рождение детей? Считается. Столько-то родилось, в таких-то семьях. Те же разводы — тоже показатель интенсивной любви.
«Измеримо. Значит есть.» — примерно так думают буржуи, показывая нам любовь. А если не измеримо? Пока не измеримо. Значит нет? Вот и всё. Так нам и сдают понятие «любви» капиталисты. По-рыночному. И сдают так, что не существует той любви, которую они не могут измерить. А бытие определяет общественное сознание. Сознание большинства.
Вот и выходит, что в капитализме, выглядит так, будто есть лишь измеряемая, то есть интенсивная любовь. А экстенсивной, получается — нет. И в итоге получается, что нам всем навязывают изолированное существование лишь интенсивной любви. Изолированно от экстенсивной. Нам попросту — закрывают глаза и говорят: «Не видишь? Значит этого нет!» А оно есть!
Да и сама интенсивная любовь, в каждой её детали — распадается. Насколько я вижу. Вступление в брак. Измеримо? Да. Но этот брак по-любви или по-расчёту? Бам! Рождение ребёнка. Измеримо? Да. Но этот ребёнок рождён счастье семейной жизни или потому что «надо»? Бам! Развод. Измеримо? Да. Но этот развод был из-за того что разлюбили или попросту ради раздела имущества? Бам! Вот и вся измеримость.
Измеримость, которая, по сути — лишь видимость. Но у нас всё построено, как я вижу, именно на изолированности. Изолированно берут интенсивную любовь, в которой есть точка начала пути и точка конца.
Условно говоря: познакомились, родили детей, прожили жизнь и умерли в один день. Всё. И это изолируется от других любовных отношений. Другая любовь там запрещена. Поэтому, строится такая стерильная модель отношений.
И поэтому, в этой модели полагается, что брак — только по любви, дети — только по счастью вместе, а развод только по угасшим чувствам. Стоит ли говорить, что такая модель, как минимум, не полностью описывает реальность? Тот же брак по рассчёту, расшибает эту модель в дребезги, как молоток чашечку кофейного сервиза.
Но у нас так. И эта система в капитализме — доминирует. Это, как я вижу — парадигма (господствующая мысль в обществе).
И именно поэтому, та женщина, медсестра сказала про цветы. В излагаемой ей шутке, попросту не существует отказов даже. Линия интенсивной любви такого даже не подразумевает. И поэтому, люди, включая меня так сильно обижались на отказы. Нас так не учили. И поэтому, многие уходят с уличных знакомств вообще. Просто говорят: «Это не работает!»
Да я и про себя тоже скажу. Мне повезло. Если бы первая с кем я познакомился не дала бы свой телефон, то, я бы, вероятно, бросил это дело. Или как минимум — отложил надолго. Собственно, ей — спасибо. Это другой мир. Экстенсивная любовь, это — другой мир, того же самого мира. Как я вижу.
Это та же самая любовь, но, просто, в другом виде. Те же чувства, то же развитие, но не с одной, а со многими. Там где в интенсивном виде люди работают один к одному, в экстенсивном — один ко многим. И то же самое. По сути, то же самое. Но не по виду.
Завтра сделать лучше чем сегодня. С одной женой. Или с разными жёнами. И там и там — прогресс, продвижение, развитие. В разном виде. Сегодня поругались. Завтра попробуем помириться. Сегодня выразился не правильно — завтра новый день. Завтра попробуем по-новой. Признать ошибку и её поправить. Как с одной возлюбленной, так и ко многим.
Экстенсивная любовь. Интенсивная любовь. И то и то — любовь. Но в разных формах. Та же самая любовь. Те же самые чувства, то же самое развитие. Просто в разных видах. Мне никогда не найти себе возлюбленную. Да. Но лишь потому, что я её никогда и не терял. Она всегда была со мной. Просто проявлялась через многих. А я не видел. Мне запрещали видеть. Меня изолировали от этого.
Я был рядом с ней. Она была рядом со мной. Она проявлялась во многих. И я проявлялся во многих вокруг неё. Мы никогда не были врозь. Мы просто так думали. Точнее, нас заставляли так думать. Та же любовь всегда была рядом. Просто я её не видел. По чуть-чуть от многих. Но это ещё не всё.
Потому что дальше, насколько я знаю, и эта любовь делает переход. Снова в интенсивный вид. Чтобы потом снова уйти в экстенсивный. И вернуться в интенсивный. Это жизнь. Любовь живая. Как бы не пытались её умертвить и превратить в материю: надпись в подъезде, кольцо на пальце, свидетельства о рожденииях, свидетельства о смерти.
Любовь больше этого. Больше материи. Любовь живая. Как я вижу. И она действительно движется, живёт. Переходит от одной формы в другую. Из одного вида в другой. Из мира интенсивной любви, в мир экстенсивной. И тот кто этого не понял — имеет очень много обиды.
Столкновения миров любви, экстенсивного вида и интенсивного, как я вижу, как раз и приводят к большой боли. А от большой боли — рождаются песни о неразделённой любви. И много всего. Потому что нам разрешали видеть лишь изолированную любовь. В интенсивном виде. Но когда появляется экстенсивная, то происходит столкновение миров, большое непонимание, большая боль. Я так понял.
Но есть ещё один момент. И я считаю это важным. Та медсестра. Она сказала в конце, что её слова были шуткой. И именно эта деталь, заставляет меня сделать оговорку о том, что эта женщина не считает подарок — определяющим элементом любви. Да. Просто потому, что свой вопрос про цветы она обернула в конце фразой: «Я пошутила.»
Шутка, это же — отрицание отрицания. Так я понял. В нашем случае, всё выглядит так: я пришёл без цветов — это реальность, то есть утверждение. Я с цветами — это выдумка, то есть отрицание реальности. И шутка, это когда отказываются от выдумки, от отрицания реальности. То есть утверждают, реальность. Утверждают утверждение.
Сложновато, да. Но я, знал с кем разговариваю. Дураки меня не читают. Дураки бегут от этих текстов, как зло бежит от доброго слова. Поэтому, уверен, ты разберёшься. Наверняка, уже разобрался. Наверняка, даже ещё до меня всё понял. Проще говоря, медсестра та сама поставила отрицание и отказалась от него, назвав его просто шуткой.
И да. По итогу, этой фразой, она заявляет, как я вижу, что я всё сделал правильно. Я так это для себя понял. Она на моей стороне. А про цветы…это просто шутка. Что это я такой серьёзный? Просто шутка. Да. Я, просто, тогда не уделил должного внимания одному слову из пяти букв…
Вот. Об этом хотел поговорить. Много наболтал. Ну и хватит. Наверное уже утомил тебя. Спасибо за внимание. Твой НЕ СТАЛИН. Город Севастополь.